Волшебное окно - Страница 113


К оглавлению

113

– Я не волшебник, – напряженно проговорил Сагорн. – Я только читал об этом, но никогда не видел ничего подобного. – Он помолчал. – У нас ведь есть и еще один способ спастись.

Рэп догадывался, к чему он клонит, но Инос с надеждой спросила:

– Какой?

– Я знаю слово силы. Вы тоже знаете слово, мадам, а также мастер Рэп. Знание трех слов делает человека волшебником – не самым сильным, конечно, но любой волшебник сможет остановить банду глупых импов. Мы можем поделиться своими словами.

Рэп увидел, что Инос прикусила губу.

– Даже Андор говорил, чтобы я этого не делала.

– Тем не менее он собирался вытянуть его у вас, как только вы останетесь наедине.

– Не думаете ли вы, что это была единственная причина, чтобы сделать мне предложение? – гневно спросила она.

– Не думаю, а знаю! – также повысив голос, ответил Сагорн. – Мы имеем общую память. Андор использует людей, как ложки или вилки, – женщин для удовольствия, мужчин для выгоды. Он абсолютно циничен.

– А я не знаю никакого слова, – вмешался Рэп. – Так что я не могу делиться.

Сагорн внимательно посмотрел на него, прикрыв глаза рукой от сияния окна.

– Джалон не поверил, когда ты сказал ему это. Я тоже не поверил. И Андор. И Дарад. Теперь твоя жизнь снова в опасности, а для Иносолан это, возможно, единственный шанс добиться трона. И ты опять утверждаешь, что не знаешь слова.

– Да.

– Тогда, может быть, ты действительно говоришь правду, – со вздохом сказал старик.

– Я скажу Рэпу свое слово, если вы тоже скажете, – предложила Иное.

У Рэпа дыхание перехватило от ужаса.

– Но это легионеры империи! – возразил он. – Разве они не подчиняются одному из Хранителей?

Сагорн посмотрел на него долгим холодным взглядом.

– Действительно, армия Империи – прерогатива волшебника Востока. Если воздействовать на этих импов с помощью колдовства, то можно навлечь гнев волшебника Востока, а его, вполне вероятно, поддержит вся Четверка.

Рэп чувствовал, что отыграл очко, хотя и не знал, что за игра идет у них с Сагорном.

– Тогда скажите мне, если бы я поделился словом с Джалоном или Андором, позвали бы они Дарада, чтобы убить меня?

Сагорн равнодушно пожал плечами.

– Возможно. Я что-то не припомню, чтобы они решили что-то определенное. Но Дарад все равно бы появился раньше или позже, когда один из нас попал бы в беду. И тогда он нашел бы тебя, чтобы усилить свое могущество. Он человек простой. Понимаешь, если бы делиться словами было так легко, то в мире было бы множество волшебников. Это требует полного доверия.

– А если обмануть? Сказать не то слово? Старик криво усмехнулся.

– Думаю, большинство людей так и делает.

– Так, значит, – торжествующе заключил Рэп, – вопрос с Дарадом остается, если мы сейчас поделимся, ведь так?

Сагорн сжал губы, отчего морщины по сторонам рта обозначились сильнее.

– Думаю, да. Ну что, королева Иносолан, значит, вместо этого мы попробуем окно Иниссо?

Напряжение всего этого невыносимого дня отпечаталось на ее лице, однако Инос гордо подняла голову и спокойно ответила:

– Если вам угодно, доктор.

– До чего интересно! – радостно сказала Кэйд. – Я всегда хотела увидеть настоящее волшебство. Кто пойдет первым? Вы, доктор Сагорн?

Он недоверчиво посмотрел на нее и кивнул.

– Почему бы и нет? Вернитесь сюда, мастер Рэп.

Рэп присоединился к остальным, и комната мгновенно погрузилась в полумрак. Свеча Инос почти не давала света. Затем Сагорн медленно пошел к окну. Опять свет заиграл на пыльных досках пола, и теперь он казался обычным дневным светом, а не тем слепящим сиянием, которое вызвал Рэп.

Сагорн подошел ближе и стал изучать рисунки на створках. Как и раньше, Рэп чувствовал, что они меняются, но не мог поймать сам момент преображения. Красная спираль в нижнем левом углу была правее, чем казалось сначала, золотисто-зеленая раковина выше, а несколько серебряных колокольчиков на лазурных лепестках…

В этот момент старик, по-видимому, набрался храбрости. Он протянул руки к запору, с усилием нажал и потянул обе створки к себе. Потом он отступил на шаг, и окно распахнулось.

2

По комнате пролетел порыв горячего сухого ветра, подняв тучи едкой пыли. Солнечный свет ослепил Рэпа, и он на минуту зажмурился, успев все же заметить, что залитый солнцем песок за окном кажется немного ниже уровня пола в комнате, как будто башня вросла в землю. Когда его глаза привыкли к свету, он увидел, что перед ним равнина, покрытая песком и камнями, а вдали видна черная скала. Ее основание было окружено камнями. Единственной растительностью были группы каких-то колючих кустов, которых он никогда не видел. Ветер дышал жаром.

Это было и реально, и нереально. Органы чувств говорили, что он находится в комнате, расположенной на первом этаже, и глядит в окно. Реальным был даже запах, даже волны тепла, поднимавшиеся от песка. Но ясновидение не ощущало за окном ничего. Рэп настолько уже привык к двойному зрению, что такое разночтение вызвало у него легкую дурноту.

Вдали у скалы пробирались между камнями трое мужчин. Рэп удивился, почему они не выйдут на открытое пространство и не пойдут по ровной земле. На них были широкие одеяния с капюшонами, защищающими лица от солнечного света. Тот, кто шел впереди, был самым высоким, и его походка казалась знакомой.

– Ведь это вы, доктор, правда? – спросила тетушка Кэйд. Сагорн отступил на шаг, не отрывая глаза от окна.

– Да, скорее всего, я. Интересно, кто же другие?

113