Волшебное окно - Страница 54


К оглавлению

54

Однажды они видели вдалеке волков – во всяком случае, их видел Рэп, но хищники пропали в снежной дали без малейшего намерения напасть. На третий день, когда Краснегар отмечал Праздник зимы, равнины остались позади, а перед путниками появились первые деревья, как часовые лежащей за ними тайги. Здесь кончалось царство краснегарского короля. Впереди лежала земля, на которую не мог претендовать ни он, ни император. Деревья могли защитить путешественников от бурана, но под их сенью скрывались люди, которые могли оказаться пострашнее любого бурана.


* * *

После семи дней пути по лесу они все еще были живы. Для начинающих, думал Рэп, мы довольно хорошо справляемся. Конечно, Андор опытный путешественник, но он тоже южанин. Рэп был местным, но вырос в городе. Только звероловы, охотники на тюленей и золотоискатели покидали Краснегар зимой. Все, что юноша знал о выживании в таких условиях, он почерпнул из разговоров, и было ясно, что многому придется учиться на собственных ошибках.

Но Рэп и Андор учились. Они учились не разводить костер под ветвями, на которых лежал снег, они учились класть свои сапоги на ночь в свой спальный мешок. Они учились останавливаться в наиболее густом лесу, где было меньше снега и молодой поросли. В первобытных дебрях плутали звериные следы и таинственные тропы, по которым Рэп безошибочно вел лошадей с помощью ясновидения.

До сих пор они не видели следов ужасных гоблинов. Даже следы животных были тут редкими, и ни один охотник не мог бы их прочитать. Только один раз они точно видели след волка, и в течение двух часов после этого Рэп до пределов напрягал ясновидение, настороженно изучая лес вокруг. Андор ворчал, что никогда в жизни не будет больше есть пемикан и лепешки, но Рэп на такой диете чувствовал себя прекрасно. Лошадям приходилось труднее, и он переживал за них. Их ребра выступали, они постоянно спотыкались. В часы отдыха лошади раскапывали снег, чтобы найти под ним остатки травы.

Съестные запасы быстро таяли. Похоже было, что новоявленным пионерам придется скоро научиться охотиться, чтобы не погибнуть с голоду, но они решили, что будут двигаться на юг так скоро, как позволит им погода. Несколько дней они страдали от сильного ветра и снега, но в какой-то степени их защищали деревья, а настоящей бури, к счастью, не началось.

Рэпу и раньше приходилось видеть деревья. Несколько деревьев, искривленных и жалких, были в садах замка. А пару лет назад он участвовал в поисках убежавшего на юг табуна Огненного Дракона. Но юноша и представить себе не мог, что в мире может быть такое множество деревьев. В основном это были ели, черневшие под снежными одеяниями, молчаливые и враждебные. Он ожидал, что тайга будет бесконечной и однообразной, но она постоянно менялась. Почва то поднималась, то шла вниз, кое-где встречались поляны, выгоревшие участки леса, по которым было особенно тяжело идти, звериные тропы и замерзшие болота, усеянные маленькими елочками. Рэп никогда еще не видел рек, и он пытался представить, как они выглядят, когда вместо льда в них бежит вода.

Некоторые люди никогда не могут заблудиться, сказал Сагорн, и чутье никогда не подводило Рэпа. В абсолютной темноте ночи и в белом ледяном тумане он всегда знал, где юг, и всегда мог сказать, где проходит проезжая дорога, направления которой они в основном держались. Но дорогу скрывали сугробы, и людям, как и лошадям, было легче идти по лесу.

На седьмой день они все еще были живы.

4

– Рэп! Давай сделаем привал! – прохрипел Андор. Луны сейчас не было, и ощущение полной темноты действовало ему на нервы и беспокоило лошадей. Рэп же настолько отточил свое умение, что иногда даже днем, если солнце светило в лицо, ехал с закрытыми глазами. Теперь же солнце только что село, и Рэпу хотелось пройти еще немного. Однако в глубине души он начинал беспокоиться за Андора – импы вообще были мало приспособлены к зиме. Рэп, будучи наполовину джотунном, чувствовал себя намного лучше.

– Прекрасная мысль, – сказал он. – Я только что собирался это предложить.

Они выбрали место на маленькой полянке и занялись разведением костра. Вскоре отблески пламени затанцевали на снегу и окружающих поляну деревьях, и Андор опять повеселел. Он полез за едой, пока Рэп заготавливал хворост и нарезал еловые лапы, чтобы устроить ложе. Это оказалось намного удобнее, чем ставить палатку, и они давно уже избавились от нее как от лишней тяжести.

Рэп стоял среди деревьев, невдалеке от пляшущего костра. Его внимание было рассеяно, и потому сначала он почувствовал тревогу лошадей, и потом уж его ясновидение подтвердило приближение опасности. Он бросился к костру и крикнул:

– Андор! Какие-то люди!

Андор, склонившийся к костру, поднял на него глаза. В его черной щетине блестели льдинки. Лицо было покрыто грязью, и только глаза сверкнули из глубины капюшона.

– Сколько? – спросил он. Рэп посчитал.

– Двадцать или около того. Они окружают нас. Руки Рэпа задрожали. Он был поражен, услышав хриплый смешок Андора.

– Тогда это может быть твой последний шанс!

– Последний шанс для чего? – Рэп не хотел говорить в полный голос, хотя костер и звук его топора уже явно выдали их расположение.

– Твой последний шанс поделиться со мной словом! Знающий два слова будет вне опасности, тогда как один мой талант вряд ли подействует на этих парней. Ну давай же Рэп! Говори!

– Я не знаю слова! – воскликнул Рэп. Он был в ужасе – неужели Андор все это время считал его лжецом?

Андор бросил на землю нож, которым резал пемикан, и положил руки на колени.

54